Теплицы и колодцы: томский ученый придумал, как спасти мир от голода и жажды
10 ноября 2013 года

Получать воду из воздуха с помощью специальных конструкций предлагает томский химик Олег Андриенко. Накануне Всемирного дня науки корреспондент встретилась с известным ученым и выяснила, как он предлагает решать глобальные проблемы человечества.

Всемирный день науки во имя мира и развития отмечается 10 ноября. Его проведение было рекомендовано в 1999 году на Всемирной научной конференции, где была высказана необходимость более плотного взаимодействия между наукой и обществом.

ПРОКОРМИТЬ ДЕВЯТЬ МИЛЛИАРДОВ

В 2013 году кандидат химических наук Андриенко получил главный приз одного из конкурсов компании Innocentive, которая является интернет-проектом американского фармпредприятия Eli Lilly. Компания предлагает ученым всего мира представить свой вариант решения той или иной научной проблемы, а авторам лучших идей выплачивает денежные награды.

Андриенко предложил, как прокормить мир в 2050 году, когда население планеты, согласно прогнозам, увеличится до девяти миллиардов человек. Основа проекта - создание технологий, позволяющих увеличить урожайность продовольственных сельскохозяйственных культур и правильно использовать репродуктивные земли и биотехнологии.

Андриенко работает в отделении спектроскопии Института оптики атмосферы имени Зуева Сибирского отделения (СО) РАН. Здесь он с аспирантами создает новые эффективные теплозащитные материалы и усовершенствует старые. Среди разработок - селективно отражающие инфракрасное излучение материалы, вакуумное пеностекло, люминесцентные материалы, созданные, в том числе при сотрудничестве с институтами и вузами Томска.

"В экспериментах со стеклами выяснилось, что под отражающим инфракрасное излучение покрытием растения днем не перегреваются, а ночью - не переохлаждаются, и поэтому лучше растут и плодоносят", - говорит ученый.

"Если в качестве укрывного материала для теплиц использовать материалы с аномально низкой теплопроводностью, обладающие свойством блокировать инфракрасное излучение и за счет коррекции светового потока стимулировать функцию роста растения, мы получим инновационную теплицу. Урожайность при этом вырастет в два-четыре раза, а энергозатраты на тепло зимой в условиях Сибири снизятся", - поясняет он.

По его словам, такие материалы можно так же использовать в горной местности и в условиях жаркого климата - для защиты от перегрева. Перспективно применение изделий из подобных материалов и во многих других отраслях - в строительстве, машиностроении, производстве спецодежды.

ВОДА ИЗ ВОЗДУХА

"В мире идет обезвоживание земель. В Африке, например, скорость продвижения границы пустыни Сахары на юг - шесть-десять километров в год. Интенсивно идет опустынивание земель в Казахстане и Узбекистане, других областях земного шара. Остановка этого процесса возможна с помощью создания в зонах обезвоживания орошаемых зон с лесными массивами. Для этого необходима вода", - говорит Андриенко.

"В условиях пустыни воду можно получить, обратившись к опыту предков. В некоторых древних колодцах вода извлекается из атмосферных воздушных потоков. Конструкция самого колодца позволяет преобразовывать ламинарные воздушные потоки в вихревые и осуществлять их последующее разделение на горячие и холодные компоненты с конденсацией воды", - объясняет специалист.

Он предлагает сочетать принцип разделения потоков с уникальными полимерами, которые меняют структуру в зависимости от температуры. Реализация может быть низкозатратной и чисто механической - без использования источников электроэнергии.

"При температуре ниже 18 градусов полимеры интенсивно поглощают воду, а при температуре выше 30 градусов - отдают, это можно использовать для получения питьевой воды и капельного полива", - считает ученый.

В компании Innocentive идеи Андриенко оценили высоко - вручили диплом и солидный денежный приз.

МАСТЕР НА ВСЕ РУКИ

Свои знания в области органической химии томский ученый использует в проектах по созданию препаратов для кардиохирургии и диагностики онкологических заболеваний.

"Работаем. В медицине не так все быстро, как хотелось бы", - говорит Андриенко, не раскрывая подробностей проектов.

Ученый уже несколько лет сотрудничает с компанией Bayer - международным концерном со специализацией в области здравоохранения, сельского хозяйства и высокотехнологичных материалов.

"Для Bayer периодически совместно с Сибирским физико-техническим институтом выполняем заказы по синтезу различных уникальных органических соединений, катализаторов. Конечные цели использования полученных препаратов нам неизвестны, это коммерческая тайна фирмы", - поясняет он.

"Все, о чем мы с вами говорили - это результаты договорных отношений или инициативных работ, а иногда - моего излишнего любопытства. Есть и много других разработок. Например, совместно с Институтом химии нефти СО РАН предложен новый простой способ получения алмазов из отходов нефтепродуктов", - продолжает ученый.

"Можно было бы сделать и больше, но нет главного стимула для полноценной творческой работы - востребованности результатов государством. И это грустно", - говорит он.

ЧЕМОДАН С ДИССЕРТАЦИЕЙ

Научной деятельностью Андриенко занимается со школьной скамьи. Учился в физико-математической школе Новосибирска, потом - в трех вузах, в том числе Томском госунивеситете, где, кстати, спалил лабораторию в ходе опытов. Работал в Институте химии нефти СО РАН, а в 1986 году пришел в Институт оптики атмосферы.

Было в его жизни и такое - потерял свою первую диссертацию.

"Отправили в экспедицию на Камчатку. Поехал туда, взял с собой все рабочие материалы, чтобы дописать статьи и диссертацию. А когда возвращался в Томск, забыл их в автобусе".

В молодости чуть больше года ученый работал в ЦК ВЛКСМ по направлению Томского обкома комсомола. "Мне вручили агитационно-пропагандистский вагон, напичканный электроникой. Ездил по стране на агитпоездах. После этого предложили остаться в Москве, но я все же вернулся в Сибирь", - говорит он.

Сейчас Андриенко 61 год. Он рад, что не уехал из России, остался в Сибири и работает именно в Институте оптики атмосферы. Говорит, что в институте создана среда, которая помогает сохранить интерес и любопытство, как в молодости, и не разочароваться в науке.

"Я до сих пор хочу все знать", - подытожил ученый.